irene-dragon
Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13

Глава 14

"Крепость Бурь"

- Я так и думал, - тихо сказал Иллидан, кивнув самому себе.
- Что там? - прошептал Ворен'таль.
- Демоны. Вроде бы немного, но отсюда я всю станцию просмотреть не могу.
- Что же делать? - испугался маг.
- Не чай же с ними пить, - пожал плечами эльфодемон. - Ворен'таль, я буду тебе весьма обязан, если ты обезопасишь себя. Феронас, Менкалинан - за мной.
- Но, лорд Иллидан, вы же безоружны!
- Я всегда вооружен, - усмехнулся Иллидан и выхватил из воздуха зеленые клинки.

"Крепость Бурь" величаво парила в пустоте. Иллидан мог бы только посмеяться над ее создателями-наару, изображавшими из себя самых могущественных существ в этой части Вселенной, и при этом неспособными удержать собственную станцию. Сначала космическую крепость запросто захватил Кель, выкинув оттуда все, что там водилось (дренейская обслуга бежала куда глаза глядят на одном из припаркованных к станции кораблей, "Экзодаре", захватив с собой одного из двух находившихся в крепости наару - второй достался эльфам). Крику было на все Запределье, но ша'тар даже не попытались отбить свое имущество или освободить попавшего в плен М'ууру. В конце концов на станцию отправился наемный отряд, состоявший в основном из иномирян-азеротцев. Правда, в их составе было несколько дренеев, вернувшихся в Запределье из Азерота. (Интересно, каким медом в Азероте намазано для выходцев из этого проклятого мира? Ладно, орки - это понятно: им дали портал, они и пошли. Но каким образом "Экзодар" умудрился из всех окрестных планет выбрать для катастрофы именно Азерот?) Так или иначе, наемники сделали то, что не смогли сделать наару: справились с Келем. Казалось бы, самое время забрать станцию обратно, ввести в пустую крепость войска, поставить гарнизон. Нет... Ша'тар покричали, в очередной раз побили себя в светоносные груди и успокоились. А Легион-то не дремлет. Келя каким-то образом подняли и отправили в Азерот - готовить, как выяснилось благодаря Ворен'талю, прямое вторжение Кил'джедена. Но стратегически важное место пусто не бывает. Кель, в отличие от наару, тут не ушами хлопал, а делом занимался, превратив "Крепость Бурь" в громадную энергостанцию, предназначенную для того, чтобы собирать энергию, которую выкачивали из Круговерти Пустоты манагорны, расставленные по всей Пустоверти. У Келя был пунктик на магической энергии, и Иллидан его понимал - когда ты руководишь народом, который, когда концентрация маны, то есть арканной энергии, в воздухе падает ниже определенного предела, просто начинает вымирать, невольно будешь эту энергию везде искать, где только можно хватать и тщательно запасать.

Иллидан думал, что отчасти к такому уродливому проявлению этого пунктика у Келя невольно приложил руки он сам. Да, он обещал предоставить Келю новый источник чистой маны. У Иллидана были все основания это обещать - в конце концов, Солнечный Колодец был создан именно из его фиала; в конце концов, самый Источник Вечности, источник всей магии в Азероте, восстановил именно он; в конце концов, у него имелись еще три фиала с водой из первого Источника. Кель имел все основания надеяться, что Иллидан вот-вот выполнит свое обещание, и эльфам крови удастся наконец отказаться от проклятой энергии фел и досыта напитать свои тела восхитительно чистой, живительной маной. Но не все было так просто, как казалось эльфийскому принцу. Иллидан помнил, как распахнулись и засияли глаза Келя, когда он впервые увидел Награнд.

- Вот! - воскликнул он тогда. - Вот она, обетованная земля нашего народа!

Кель был, кажется, готов летать без крыльев и магии. Он уже принялся размечать, как расположит в Награнде новый Кель'Талас: на берегах центрального озера поднимется новая столица, вон те луга отлично подойдут под сельскохозяйственные угодья, вот тут будет превосходная охота, вон там и там встанут магические святилища... Озеро Небесной Песни он счел идеальным местом для создания нового Солнечного Колодца. Он смотрел восторженными, сияющими глазами на Иллидана, ожидая, что тот вот сейчас, немедленно - чего же ждать, если обетованная земля уже обретена? - выльет средоточие древней магии из фиала в озеро, и над Награндом поднимется и разольется в небесах томящее, чудесное, восхитительное сияние действующего источника вожделенной маны. И тогда он, Кель, кинется в это сияние, глубоко вдыхая насыщенный маной воздух, срывая одежду, дабы вобрать в себя благую магию всем телом, всей своей сущностью, напитаться и насытиться ею, как напитывается водой семя, долгое время пролежавшее в сухой почве. И вместе с ним наконец навсегда избавится от мук магического голода его народ, и они все будут отныне счастливо жить в этом изысканном, обетованном раю. Он так в это верил, он сиял, цвел и считал секунды...

И как же он потемнел, съежился и завял, когда Иллидан оборвал его полет. Кель был прекрасным правителем своего народа, но совершенно не понимал, что в природе Запределья существует тонкое, шаткое равновесие. Иллидан и сам удивился, кажется, когда понял это благодаря своему почти забытому начальному друидическому знанию. Тогда, в древности, все эти рассуждения о природном равновесии казались ему безумно скучными, потому что Калимдор был полон ресурсов, которые можно было черпать без ограничений; разве мог его интересовать баланс энергии в каком-то семени, когда небеса и земля были напитаны магией, только протяни руку - и бери? Каким же юным он был тогда, как легко верил в то, что то, что дано ему, невозможно отобрать. Но сейчас, попав в этот хрупкий, чудесным образом балансирующий на грани небытия мир, эльфодемон с удивлением начал вспоминать все эти основные положения друидизма о равновесии и необходимости возмещения забранного. Награнд был раем, но мог прокормить только тех, кто уже жил в нем. Если бы в Награнде вдруг появился новый народ, который к тому же в благих условиях неминуемо начнет расти, увядание Награнда было бы делом нескольких десятилетий. Хрупкий рай просто умер бы, превратившись во вторую Пустоверть. А этого Иллидану было не надо категорически.

Он, конечно, объяснил все это Келю. Он объяснил, что Озеро Небесной Песни - источник всех вод Награнда, и превращение его в магический колодец неминуемо повлечет экологическую катастрофу. Он указал другой, куда более неприятный, длинный и трудный путь: осушение Зангартопи и постепенное терраформирование Долины Призрачной Луны, которая некогда, до того, как Гул'дан создал вулкан Скверны, была не менее благоприятной для жизни территорией, нежели Награнд. Зангартопь сама по себе не представляла ценности как биоценоз - Иллидан знал, что она поднялась из моря во время катастрофы Дренора, и намерен был воспользоваться ее водами для обводнения Долины Призрачной Луны, а осушенные территории использовать как источник топливных ресурсов, а впоследствии - для размещения производственных мощностей и вооруженных формирований. Но для этого предварительно нужно было выкинуть из Долины Призрачной Луны Легион... что означало выкидывание его из всего Запределья. Треклятый обломок, не мир, а решето: заткнешь в одном месте дырку в Круговерть Пустоты - Легион немедленно лезет в другую. Катастрофа Дренора повлекла за собой разрушение естественной планетарной защиты, которой обладают все нормальные миры, включая Азерот: даже организация одной-единственной точки вторжения в Азерот требовала от Легиона огромных усилий, а в Запределье они лезли, как мухи на мед. Восстановить планетарную защиту Иллидану не представлялось возможным, все-таки он не обладал могуществом титанов; значит, нужно было пользоваться тем, с чем он мог работать: магией и вооруженными силами. Да-да, он намеревался с помощью этих ресурсов сдублировать функции планетарной защиты и закрыть Легиону все ходы в Запределье. Проект был огромен, амбициозен и требовал долговременной совместной работы всех его участников. Поначалу Иллидан искренне верил, что все, кто принес ему присягу - и эльфы крови, и Сломленные, и наги, и орки, и демоны - будут благополучно работать на проекте совместно; ведь он нужен в первую очередь им. Увы, его надежды не оправдались.

В самом деле: протяните изголодавшемуся каравай хлеба, а потом спрячьте этот каравай и объясните, что для того, чтобы получить такой же, нужно работать еще неизвестно сколько десятилетий! Да, разумом можно понять, что каравай будет съеден, и за ним снова последует голод, а изнурительная работа, вероятно, принесет постоянное процветание; но мучительное чувство голода требует насытиться немедленно. Разум может приказать голоду замолчать, но голод будет терзать исподволь, изнутри, постоянно, и в конце концов сломит разум. Похоже, с Келем произошло именно это. Он, вроде бы, понял все объяснения Иллидана, принял их и согласился с ними, но память о том невероятном ощущении, когда он верил, что вот сейчас, через несколько секунд, кинется в блаженные объятия чистой маны и напитается ею, осталась у него в душе и подтачивала его верность и решимость. Уж как Кил'джеден нашел в душе у Келя эту червоточинку, Иллидан не знал, но, очевидно, ею он и воспользовался. В глубине души у Келя сидела вера, что где-то может быть земля обетованная, которую достаточно обрести, чтобы все невзгоды кончились немедленно. И тогда эльфам не нужно будет мучиться, десятилетиями воюя с Легионом и восстанавливая плодородие обеспложенной пустыни. И если Иллидан не дал Келю в этом качестве Награнд, то кто-то другой может дать что-то другое... вот Кил'джеден и изобразил из себя этого другого. О, Иллидан знал, что Кил'джеден может быть обаятельным и убедительным. С другой стороны, если все это действительно так, то что именно обещал Кил'джеден Келю? Впрочем, не все ли равно - наверняка Кил'джеден говорил что-то вроде "помоги мне явиться в Азерот, и тогда сможешь выбирать любую страну и территорию, которая тебе понравится". Непонятно, как надо было одуреть, чтобы поверить этому, но не зря Кил'джедена зовут Обманщиком и Искусителем...

Так или иначе, Кель по подсказке Кил'джедена занялся выкачиванием энергии из Круговерти Пустоты и запасанием ее в "Крепости Бурь". Энергия эта, очевидно, предназначалась для того, чтобы помочь Келю проколоть планетарную защиту Азерота изнутри и впустить Кил'джедена в мир. Таким образом, где бы ни был теперь Кель, космическая станция оставалась для Легиона стратегически важной точкой. А значит, в ней просто не могло не быть демонов. Исходя из этих рассуждений, Иллидан и взял с собой Феронаса и Менкалинана. Стоя у входа в "Крепость Бурь", эльфодемон убедился, что его рассуждения верны.

- Может быть, мне следует пойти с вами в невидимости? - предложил Ворен'таль, накидывая на себя заклинание. Конечно, Иллидан и его ученики все равно прекрасно видели мага.
- Не стоит. Любой натрезим видит невидимых не хуже меня. Лучше подожди нас здесь... или даже на материке.
- Хорошо, - сказал Ворен'таль и исчез среди голых холмов и манагорновых труб Пустоверти.

Иллидан прекрасно понимал, что атака на "Крепость Бурь" насторожит Кил'джедена, если не наведет его на мысль, что эльфодемон жив. Но время поджимало: Келя нужно было остановить любой ценой, потому что если живой-мертвый принц протащит архидемона в Азерот, вся работа Иллидана по блокированию доступа Легиона к Темному Порталу окажется бессмысленной. Поэтому он сделал знак своим ученикам, и все трое проскользнули во входной шлюз станции. Проблемы надо решать по мере поступления.

Внутренняя охрана (наружной не было, видимо, даже демонам тяжело находиться в разреженном воздухе на грани Круговерти Пустоты) состояла из пятерых скверностражей, с которыми охотники на демонов расправились легко и относительно бесшумно. Самым важным было не дать никому из них рвануться внутрь и сообщить о нападении, но, к счастью, Иллидан не потерял сноровку и довольно легко справился с двумя из них, а трех взяли на себя Феронас и Менкалинан.

Сняв охрану, охотники на демонов отправились по коридору внутрь, к Залу Феникса. Весь пол коридора был в жирном пепле, видимо, растащенном ногами демонов из широких темных пятен, местами перекрывавших весь коридор. Иллидан только покачал головой и порадовался, что они не взяли с собой Ворен'таля: он сам и его ученики не отличались щепетильностью, особенно на миссиях, а вот старому эльфу крови ходить по останкам своих сородичей было бы тяжко. Какой огонь пронесся здесь и превратил в пепел тела погибших соратников Кель'таса? Может быть, им отдал последний долг он сам - взмахнул рукой, покидая "Крепость Бурь", и вал огня пронесся по станции, испепеляя тела? Кель, которого знал Иллидан, поступил бы именно так, если бы у него не было времени на более приличествующее погребение. Или это уже демоны жгли тела, чтобы не мешали и не воняли? Вряд ли кто-нибудь ответил бы Иллидану на этот вопрос. Да и неважно это было уже.

По дороге к Залу Феникса им попалось только еще двое скверностражей - то ли шатались без дела, то ли дополнительная охрана. Снять их удалось без проблем, и, наконец, охотники на демонов попали в сам зал. Некогда здесь бушевал огонь, когда по приказу Иллидана Сломленные убивали Ал'ара. Но кристаллы и термостойкое стекло, выполненные по технологиям наару, легко выдержали пламя феникса, так что единственное, что в зале обгорело - знамя Кель'таса, висевшее под потолком. На обгоревшем темно-красном полотнище еще можно было разглядеть черный крылатый силуэт. Феронас невольно покачал головой, глядя на эту тряпку.

Впрочем, долго ее разглядывать не представлялось возможным - в зал из бокового коридора вошли два ган'арга. Как противники они не представляли трудности, но охотники на демонов находились в другом конце зала, а спрятаться было негде. Иллидан еле успел накинуть на себя и своих спутников невидимость. К счастью, ган'арги были специализированными демонами и не видели невидимых. Демоны-механики вертели головами, осматриваясь - вероятно, что-то услышали или почуяли. Но, убедившись, что зал пуст, успокоились и ушли в противоположный коридор.

Здесь пол тоже был испачкан пеплом, и тоже в нескольких местах виднелись темные, жирные пятна. Но ничто не светилось магией, и как Иллидан ни смотрел, он не мог разглядеть ничего, хоть отдаленно похожего на яйцо. Феронас и Менкалинан переглянулись.

- Что мы будем делать теперь? - одними губами спросил Менкалинан. Иллидан пожал плечами.
- Мы не осмотрели и половины станции. Мо'арги и ган'арги, в отличие от натрезимов и скверностражей, склонны к тщательности и пунктуальности. Они могли найти яйцо, забрать его и положить куда-нибудь на хранение, рассчитывая, что кто-нибудь более умный, чем они, разберется, что это такое. - Эльфодемон качнул рогами. - Вон оттуда слышен гул, - он указал на тот коридор, из которого вышли ган'арги. - Пойдемте, посмотрим, что там. Хотя я, кажется, догадываюсь - именно там находится центр энергостанции, где происходит передача выкачанной из Пустоверти энергии в Азерот.
- Может быть, стоит попытаться разрушить этот центр? - прошептал Феронас.
- Возможно. В любом случае, мы уже расписались в своем присутствии. Идемте.

Левый коридор вывел их в очередной светлый круглый зал, оформленный в том же наарском духе: облицовка из неизвестных блестящих материалов, светящиеся кристаллы и мерцающие стены. Иллидан вынужден был признать, что даже на этой станции, которую безнаказанно эксплуатировали и пачкали демоны, оформление все еще выглядело эффектно. Но в зале явно велась работа: вдоль стен тянулись грубо сколоченные шкафы без дверок, в которых лежали разнообразные техномагические предметы и устройства, а в центре была смонтирована установка из прозрачных труб, поршней и прочих устройств, назначение которых оставалось для охотников на демонов непонятным. Впрочем, логика подсказывала, что это - один из узлов энергетического центра, перекачивавшего в Азерот энергию для Кель'таса. Вокруг установки крутились несколько мо'аргов и ган'аргов.

Охотники на демонов замерли у входа в зал. Невидимость спасала, когда те, от кого надо прятаться, не слышали шагов. Гул установки, конечно, заглушал шаги, но Иллидан знал, что у демонических инженеров и механиков отличный слух - они вечно прислушивались к работе своих механизмов. А ходить бесшумно по этим металлокерамическим полам получалось плохо, особенно у Иллидана с его копытами.

Принять бой, конечно, было можно, но стоял вопрос - а нужно ли? Задачу по разрушению энергоцентра Иллидан перед собой не ставил. Он считал, что энергии уже перекачано в Азерот так много, что еще один-два дня перекачки роли не играют. А без помощи Кель'таса Кил'джеден в любом случае через Солнечный Колодец не пройдет. Сейчас самым важным был поиск яйца.

Иллидан оглядел полки. Круглый предмет, светящийся огненной магией...

Да. Он увидел его. Круглое, покрытое обгорелой коркой и сиявшее для его зрения таким чистым, пронзительным огненно-золотым светом, что у него аж зачесались глазницы. Ни единого проблеска Скверны, ни единой ниточки Тени - чистейшая магия солнечного огня, слитого со спокойным сиянием Жизни. Если это не яйцо феникса, то Иллидан вообще не представлял, как оно может выглядеть.

Феронас и Менкалинан тоже увидели яйцо. Увидели они и то, что находится оно далеко от входа и опасно близко от работающих демонов-инженеров. Кто сказал, что будет легко? Три охотника на демонов проскользнули в зал. Феронас и Менкалинан страховали Иллидана, каждую минуту готовые выйти из невидимости и броситься в атаку.

Но, похоже, звезда удачи осветила Иллидана своим лучом: вблизи установки гул оказался таким, а механики так стучали своими молотками и так скрипели гаечными ключами, что инженеры-мо'арги ничего не услышали. Эльфодемон благополучно проскользнул за их спинами, схватил с полки яйцо и вернулся к ученикам. "Уже хорошо," думал он, "здесь обошлось без боя". Не то чтобы он боялся демонических механиков. Просто крайне тяжело драться с крупным и увесистым яйцом в руках.

Охотники на демонов выскользнули из зала обратно в коридор, прошли Зал Феникса... и столкнулись с выходящим из наружного коридора надсмотрщиком-натрезимом, сопровождаемым двумя гневостражами.

- Ха-ха-ха, - ядовито засмеялся высший демон, глядя на Иллидана. Невидимость для него ничего не значила. - Так вот кто снял охрану у шлюза. А мы-то считали тебя мертвым, Иллидан.
- Не все так просто, как видишь, Нер'дазар.
- Сейчас все упростится, - ухмыльнулся натрезим, и по станции пронесся резкий, протяжный звук.

Иллидан не сомневался, что по этому звуку к ним сбегутся все демоны, какие только есть на станции. Единственным шансом охотников на демонов была быстрота. "Крепость Бурь" была сконструирована с подлинно наарским размахом, залы у нее были огромные, а коридоры длинные. Если им удастся расправиться с Нер'дазаром и его подчиненными до того, как до них добежит станционная обслуга, возможно, они успеют убежать. Если нет...

Иллидан одним движением опустил яйцо феникса на землю, выхватил из воздуха зеленые клинки и кинулся на натрезима. Гневостражи не представляли сложности для Феронаса и Менкалинана, но все же на них необходимо было потратить некоторое время. А оказаться один на один с натрезимом было нелегко даже для Иллидана. Тем не менее отступать было некуда, и эльфодемон бросился в бой...

И с изумлением обнаружил, что натрезим замер, скованный коркой льда. Иллидан понимал, что эта корка продержится две секунды, но ему их хватило, чтобы вонзить острый конец глефы Аззинота Нер'дазару в глаз. А когда он вырвал клинок и выпрямился, Ворен'таль уже оказался рядом и подхватил яйцо.

Эльфодемон одним ударом расправился с гневостражем, наседавшим на Феронаса, а тем временем Менкалинан благополучно добил своего противника. Весь бой занял несколько секунд. Сигнал все еще звучал, и охотники на демонов бросились бежать. Иллидан беспокоился за пожилого мага, но Ворен'таль со своей мини-телепортацией оказался у шлюза заметно раньше него. А когда они выскочили наружу, эльфодемон с облегчением увидел, как маг с яйцом в руках прыгает в мерцающий знакомым зелено-фиолетовым светом портал. Охотники на демонов кинулись следом за Ворен'талем - и оказались в караульном помещении Черного Храма.

- Великолепно! - тряхнул хвостом Иллидан, невольно рассмеявшись. - А ты отличный боевой товарищ, Ворен'таль. Вот уж не ожидал от старого книжника. Как ты оказался там так вовремя?
- Я решил на всякий случай проверить, как у вас идут дела, - пожал плечами маг, закрывая портал.
- Это оно? - Иллидан кивнул на яйцо, которое старый волшебник все еще держал в руке.
- Да, безусловно. - Ворен'таль улыбнулся и ласково погладил яйцо. - Это душа Кель'таласа.
- Уфф, - устало покачал головой эльфодемон. - Значит, все в порядке. По крайней мере, пока.

* * *

- Возможно, ты скажешь, что я зря все это затеял, - говорил вечером Иллидан Ванессе.
- Почему ты так считаешь?
- Потому что я рисковал всем. И собственной жизнью, и всем, что мы уже сделали, и всем, что мы планируем сделать. В конце концов, если даже Кил'джеден явится в Азерот, мы-то в Запределье.
- Слушай, за кого ты меня принимаешь? - прищурилась девушка. - Во-первых, Азерот и моя родина тоже. Во-вторых, Темный Портал никто не отменял. Если Кил'джеден прорвется в Азерот, Запределье будет даже в большей опасности, чем оно находится сейчас.
Иллидан кивнул огромными рогами.
- Я рад, что ты так смотришь на это дело.
- Ну, в конце концов, мой папа тоже был в похожей ситуации. Он мог наплевать на всех, стать главным архитектором Штормграда и жить припеваючи. Но он не отказался от тех, чьи интересы защищал.
- Да... - Иллидан задумчиво посмотрел в окно. - Ты права.
- Не думай об этом, - предложила Ванесса. - Ты все сделал правильно. По крайней мере, я так думаю.
- Спасибо, - улыбнулся эльфодемон.

@темы: WoW, You are not prepared, фанфики